Ну, как съездил: три зимних месяца путешествий на яхте по Средиземному морю

Ну, как съездил: три зимних месяца путешествий на яхте по Средиземному морю
Наш читатель Иван Цымбал несколько месяцев назад прислал свои дорожные заметки о том, как плавал в трехмесячное путешествие по Средиземному морю. Кажется, самое время их опубликовать. 

Наш читатель Иван Цымбал несколько месяцев назад прислал свои дорожные заметки о том, как плавал в трехмесячное путешествие по Средиземному морю. Кажется, самое время их опубликовать. 

– В конце января 2016 года я приземлился я в аэропорту Бовэ в 90 км от Парижа. На полдня заехал в столицу Франции, чтобы увидеть «ее», и отправился южнее искать Пола Стабса и его яхту.

Он и был тем капитаном, который искал команду. Пол направлялся из родной Англии в Грецию. После недолгой переписки мы договорились, и я сделал визу.

По дороге от Вильнюса до французской глубинки я не мог отделаться от мрачных мыслей.  Куда я еду и зачем? С кем мне придется делить два квадратных метра пространства на кокпите в последующие два-три месяца? Может, он ненормальный, чванливый или маниакальный тип? Я понадеялся на фортуну, и она мне показала белоснежную улыбку.

Из Парижа автостоп, копы, дальнобойщик, и последние 16 км я преодолевал пешком в совершенно черной туманной мгле французской теплой зимы. К ночи в акватории узкого канала я нашел пришвартованную к бетонному причалу маленькую белую яхту, где познакомился с пожилыми англичанами Полом и Джеральдом.

 

О ЯХТЕ

Mood Indigo – так называется судно Пола Стабса – построена в 1974 году, и заботой ее прошлого хозяина сохранилась хорошо. К тому же стеклопластиковый корпус английских яхт, сооруженных до 1980-х, в два раза толще, чем у современных. Длина ее 9 метров, рассчитана на пять человек, но реально могут разместиться трое. Оснащена она очень хорошо: есть все, что нужно, даже с запасом. Приборы, бумажные карты и книги по навигации, целая мастерская из инструментов и материалов, запасные якоря, тросы, паруса и многое другое.

 

КАНАЛЫ, ШЛЮЗЫ, РЕКИ

После встречи в городе Лангрэ мы шли по старинному каналу, построенному в 19-м веке, преодолевая многочисленные шлюзы. В начале февраля в средней Франции стояли туманы и лили дожди. Было довольно промозгло и холодно, но солнечными днями очень даже тепло.

Позже мы вышли в Рону, большую полноводную реку с быстрым течением. Некоторые шлюзы на ней были с 20-метровым перепадом высоты. Мы заходили в шлюз, и ворота за нами закрывались. Наша маленькая лодка плавно опускалась с уходящей водой в большой железобетонной «коробке». Звук металлического скрежета словно многократно отражался от серых бетонных стен и вырывался в мрачное дождливое небо.

Позади из щелей в старых ржавых ставнях под огромным давлением струилась вода. Мы тревожно посматривали на них и представляли, что будет, если они вдруг не выдержат.

Когда вода достигала нижнего уровня, передние ворота шлюза открывались, Пол заводил мотор и мы выходили из холодного, покрытого скользкими водорослями шлюза.

Мимо мелькали старинные села и города, в некоторых мы иногда останавливались. Часто швартовались у неприметного причала, и тогда поиск продуктового магазина превращался в забавный квест. Где поселок? Магазин? Как спросить об этом у француза, говорящего только на родном языке?


АВИНЬОН

C 1309 по 1378 годы резиденция глав католической церкви находилась не в Риме, а в Авиньоне. Это значит, что французские короли того периода имели подавляющее влияние во всей Европе. Но я не об этом. В первый раз я попал сюда случайно три года назад. Уезжал из Франции, и одна симпатичная француженка на стареньком «Ситроене» подбросила до этого старинного города.

Тогда, в 2013-м, я возвращался после неудачной попытки стать «солдатом удачи» Французского иностранного легиона. Я хотел заработать денег на собственную яхту и путешествовать по миру, наслаждаясь свободой. И вот спустя три года случай снова приводит меня в Авиньон. Я иду по реке Рона мимо грозных крепостных стен этого прекрасного города – правда, на чужом корабле.

Из Авиньона до берега Балеарского моря день ходу. Но двигатель Mood Indigo перегрелся, из-за чего мы вынуждены были остановиться в городе Арль и ждать понедельника, чтобы механик проверил наш мотор. Зато здесь мы наконец нашли прачечную, чему несказанно обрадовались.

Арль, как оказалось, очень древний город с интересной историей. Ван Гог написал здесь большинство своих полотен. А в начале нашей эры римляне построили в городе два амфитеатра, в средние века их арочные проемы были заложены кирпичом, и театры превратились в крепости.

Прогулка по узким средневековым улицам вызывает трепет, удивление и любопытство. Интересно, а каково жить в пятисотлетнем доме? Или ездить здесь на автомобиле? А эти несчастные домашние питомцы... Ведь практически ни одного кустика или деревца в городе не увидишь. Вокруг один только камень.

Кстати, французы не такие уж и воспитанные. Собачьи экскременты повсюду, и часто за размазанной кучей тянется длинный нечеткий след.

 

РЕМОНТ

Наконец через три недели мы вышли в Порт-Сен-Луи-дю-Рон, на берег Средиземного моря. Джеральд свою миссию выполнил и уехал домой. А мы подняли лодку на берег, чтобы покрасить ее и привести в порядок.

В порту, точнее на суше, находилось несметное количество судов. Около тысячи катеров, яхт, катамаранов и тримаранов ждали сезона или нового хозяина. Некоторые спускаются на воду только на пару недель, во время отпуска, некоторые просто брошены. Пол, как старый и просоленный яхтсмен, искренне негодовал: «Корабль должен быть на воде!»

В середине февраля мы впервые подняли паруса и сделали небольшое пробное плавание до ближайшего городка Порт-де-Бук. Яхта идет хорошо, держится уверенно, немного рыскает на волнах. Понимать команды Пола оказалось сложнее, чем просто разговаривать. Отдавая команду, старик нервничал, потому что она должна быть выполнена быстро, а когда нервничал, использовал сокращенный английский сленг. Я и так его плохо понимал, а тут еще качка и ветер. Заучу его новое словечко, а в следующий раз он другое вставляет! Я просил его говорить четко, медленно и одинаково, но 67 лет привычки разговаривать на родном языке дела не меняли.

Из города Порт-де-Бук мы отправились в Марсель, где нас застал шторм. Мы зашли в марину, где ветер чуть щекотал верхушки мачт. Морская болезнь мгновенно улетучилась.

Из города тем временем послышались выстрелы: автоматические очереди и одиночные хлопки. Мы с Полом удивленно переглянулись. А через полчаса подъехала таможня. На маленьком синем катере сидели мадам лет 40 и лысый мсье в форме. Они вежливо попросили разрешения ступить на борт, а также документы на лодку и паспорта. Мы спросили насчет выстрелов. Они пожали плечами – мол, сами удивлены, такое впервые.

Утром служащий порта сказал, что в городе снимают фильм и выстрелы – всего лишь постановка.

 

РИВЬЕРА

Из-за штормов, плохой погоды и мелких неполадок мы застревали в Тулоне, Сен-Тропе, Каннах, Сан-Ремо и других замечательных местах побережья Франции и Италии. Они все похожи друг на друга: очень красивые, ухоженные, цветные старинные города. Желтые, оранжевые, розовые дома хаотичной застройки, узкие средневековые улочки, заставленные цветниками, отзывчивые и терпимые к нашествию туристов жители. В центре каждого городка стоит католический храм, а на возвышенности – крепость. Множество ресторанов для ценителей еды и модных магазинов для шопоголиков. В недалеком прошлом все эти города были простыми рыбацкими поселками.

Ментона – лимонная столица на границе Франции и Италии – особенно запомнилась. На холме плотно прижались друг к дружке цветные домики. Некоторые имеют до шести этажей – небоскребы по тем временам.

Гуляя по городу, я свернул на старое кладбище, где можно буквально «читать» историю. Начиная с 19-го века здесь хоронят людей со всего мира. Интересно, но они пишут, где родился и умер человек, на английском языке.

Здесь похоронен основатель регби Уильям Уэбб Эллис. В Метоне британский доктор Джеймс Генри Беннет в ХIX веке издал трактат о пользе умеренного климата Средиземноморья для больных туберкулезом. И буквально в течение пары десятков лет город превратился из скромного порта в крупный курортный центр, особенно популярный в зимний период, когда ограждающие город хребты Лигурийских Альп защищают его от пронизывающих ветров, столь характерных для других областей Лазурного берега. С тех пор приток туристов и отдыхающих не убавляется.

 

ШАНС

В Ле Лаванду мы зашли поздно вечером и пришвартовались к ближайшему причалу. Из соседней лодки слышалась музыка – под аккомпанемент гитары пела девушка, и мужской голос подпевал в стиле регги. Мой капитан очень жизнелюбивый и отзывчивый человек. К тому же в молодости он играл в музыкальной группе и устраивал фестивали. Пол пригласил музыкантов на ужин. К нам в камбуз спустились Себастьян, высокий худой парень с дредами, и его крохотная девушка Ману. За ними пришла и их кошка – Че, осторожно осматривая и обнюхивая незнакомую территорию.

– Мы свободные артисты. Живем вне системы ближе к природе. Я создал яхтенное объединение, и у нас уже пять лодок. Далеко не ходим: по близлежащим диким островам. Зимой готовим музыкальную программу на лето. Летом здесь множество туристов, для которых  устраиваем концерты на улице. Так мы зарабатываем.

Вот эта яхта досталась мне бесплатно, – указывает Себастьян на темно-синюю симпатягу, свой плавучий дом. – На ее восстановление я потратил семь лет. Формула проста: время – деньги. Или у тебя есть много денег, или много времени. Вон ту лодку я купил за 200 евро. Не верится, да? Если очень чего-то хочешь, оно придет к тебе. Лодка сама тебя найдет, парень.

На южном побережье Франции безумное количество яхт. И многие из них просто гниют. Так как за место надо платить, а использовать их некому, хозяева просто от них избавляются. Например, старик умер, старушке лодка ни к чему. Вот и отдала почти за так, for nothing, – четко выговаривая английские слова на французский манер, говорил дредастый хиппи.

– Раньше, – продолжал он, – я играл в большой группе. Мы устраивали грандиозные фестивали. Но, когда я понял, что пяти процентам людей принадлежат 90% всех богатств планеты, я отказался от жизни в системе – и с тех пор здесь.

У Пола на палубе аккуратно сложены и привязаны два компактных складных велосипеда типа наших «Аистов». Чтобы убить время, я катался на одном из них по окрестностям, читал и фотографировал, а голову не покидала мысль: «Лодка сама найдет тебя, парень». Так как мы стояли рядом с яхтой Себастьяна, то часто встречались. Однажды он похвалился, что собирается покупать новую, еще не достроенную, яхту.

– А что ты собираешься делать с этой 26-футовой малышкой? – спросил я.

– Не знаю. Продам. Если хочешь – покупай. За 500 евро отдаю. Деньги для меня ничто, –ответил он. – Но мне надо посоветоваться с напарником. Мы вместе ее покупали.

Я посмотрел цены в интернете: Delph 26 стоил от 4000 евро и выше, но у меня не было и пятисот. Услышав это, Пол сказал мне: «Бери, я тебе помогу. Деньги потом вернешь». Я был ошарашен. Француз предлагает лодку по бросовой цене, а англичанин собирается ее купить для меня. Я ждал два напряженных дня и, увидев Себастьяна, по глазам понял, что ничего не выйдет. Его товарищ хотел сделать из Delph куколку и заработать, перепродав ее.

 

ТИРРЕНСКОЕ МОРЕ

В прогнозе погоды показалось окошко в несколько дней спокойной волны и умеренного ветра. Мы направились на север Корсики в город Бастия. Корсика! Сколько раз я слышал твое имя. Здесь среди урожайных холмов родился Бонапарт и, по некоторым версиям, Колумб. Я уже рисовал в уме пейзажи, мелькающие мимо, когда еду на велосипеде по горной дороге и слушаю музыку.

И вот рано утром в конце моей вахты капитан изменяет маршрут в сторону Эльбы. Ну что ж – на Эльбу так на Эльбу. Наполеон томился в ссылке в чине твоего императора, на тебе растут прекрасные сорта винограда, а твоя история занимает не один том, Эльба. В воображении возникли те же пейзажи, ведь на близлежащих островах природа должна быть одинакова.

Через несколько часов Пол снова расстроил меня: «Погода хорошая, настроение тоже. Что нам здесь делать? Идем дальше на юг».

Южнее Эльбы на карте я нашел два маленьких острова. Один из них называется Монтекристо.

– Пол, идем на Монтекристо! Бросим якорь, погуляем по развалинам! Ну же, Пол!

Кэп посмотрел в карт-плоттер, затем в навигационный справочник и сказал, что там нет обустроенной гавани. Мы пошли на материк, где сели на мель…

В 5-м веке нашей эры на остров переселились монахи, спасаясь от варваров. Они дали острову название «Монс Кристи» (Гора Христа), от которого произошло современное название. Позже здесь был построен монастырь. В 1550-х годах турецкий пират Красная Борода захватил монастырь и организовал в нем свою базу, благодаря чему появилась легенда клада, закопанного где-то на острове. Пираты жили здесь вплоть до XIX века. Легенда о спрятанном сокровище вдохновила Александра Дюма на написание романа «Граф Монте-Кристо». В ХХ веке многие пытались найти клад, но тщетно. Хотя кто признается? А в 1970-х остров стал заповедником.


НОЧЬ В МОРЕ

Ночь в море приходит постепенно. Солнце скрывается за линией горизонта, море темнеет, приобретая металлический цвет.

Ночью рулевой наблюдает только звезды и навигационные огни проходящих кораблей. А луна, вечный солнечный отражатель, иногда помогает ему.

Однажды на очередной вахте я увидел огни: зеленый и красный. Они упрямо таращились на меня и становились отчетливее. Красно-зеленоглазый монстр приближался. Ночью в море невозможно прикинуть расстояние.

Вдруг яркий свет прожектора ослепил меня. Я заметил надпись на борту: Guardia Costiera. К нам подошла служба береговой охраны, и мы ослабили паруса. А они почему-то медлили с вопросами. Очевидно, по рации пограничники спрашивали, как задать по-английски тот или иной вопрос. Мы вывесили кранцы, готовые к сцепке. Но, убедившись, что наше судно из Британии с двумя людьми на борту, не стали спускаться к нам и ушли, пожелав удачи.

 

ШТИЛЬ

Однажды ночью ветер совсем утих. Мы пошли под мотором. Но вскоре затих и мотор. Наши попытки его завести ни к чему не приводили, двигатель глох, непонятно откуда засасывая воздух. Вода была ровной, как стекло, а четверть луны едва освещала ее. Судно легло в дрейф и медленно разворачивалось против часовой стрелки. За несколько часов далеко на горизонте мимо нас прошли два корабля. Глубина была большой, трафика не было, оставалось наблюдать за звездами и наслаждаться тишиной, которую иногда прерывал всплеск выпрыгнувшего дельфина.

В небе было много самолетов и сгорающих космических осколков. Пол послал в эфир сообщение, что яхта дрейфует на такой-то широте и долготе. Наступило утро, подул легкий бриз, и мы смогли дойти под парусами до ближайшего порта, где два дня возились с двигателем: почистили бак, усовершенствовали систему фильтрации топлива и заменили некоторые детали.

 

РАЙСКИЙ ОСТРОВОК

После остановки на острове Искья, где главные улицы переполнены туристами, а в переулках местные подростки пьют вино, мы отправились на Капри. Пол много знал о нем, но никогда не был, а я слышал впервые. Здесь туристов оказалось еще больше: они прибывают на паромах из Неаполя, и поток не прекращается ни днем, ни ночью.

Первые поселения на острове Капри возникли в эпоху палеолита. В ис­торические времена Капри населяли эллины, финикийцы, греки, а в 326 г. до н.э. наступил римс­кий период. Император Август очень любил остров и называл его Апрагополисом – городом сладкого безделья. Он очень популярен из-за своей красоты и климата. После российской революции 1905 года Капри стал убежищем для русских эмигрантов, среди которых были Горький и даже Ленин.

Город засветился вечерними огоньками, когда мы пришвартовали яхту. На острове два поселения: Капри и Анакапри. Из одного в другой ведет древняя тропа, построенная в 7-м веке, насчитывающая больше 900 ступеней. С наступлением темноты на ней зажигают фонари, и причудливый зигзаг мелькает среди темной скалы, где пересекается с ровной линией современной автодороги.

На острове дома окрашены в белый цвет, как в Греции, и это резко контрастирует с материковой частью Италии. Множество вилл раскинулись по острову, среди них есть и очень древние – построенные почти две тысячи лет назад.

Монте-Саларо – самая высокая гора на острове: 529 м над уровнем моря. На ней находятся древние развалины, куда можно дойти пешком, а можно добраться на фуникулере: открытые одиночные сидения раскачиваются над холмами на высоте десяти метров.

 

ДЕД И ПЕТЬКА

В детстве я проводил каждое лето у бабушки. Жаркими днями я читал книги, сидя на ветках яблони, или бегал босиком по прохладной траве. А вечерами, перед сном, слушал сказки. С простым названием «Про деда и Петьку». Деда звали Василий Иванович, а его внука – Петька. Их жизнь была полна приключений: они пересекали океаны, боролись с туземцами, убегали от вулканической лавы, исследовали неизвестные земли и даже погибали! Но по моей просьбе воскресали вновь.

Я часто думал: может быть, именно эти сказки глубоко засели в подсознании и породили во мне тогда непреодолимую тягу к путешествиям? 

Сегодня на закате я сидел на обрыве, болтая в пустоте ногами, и по своему обыкновению размышлял. Черт побери, а ведь я сейчас в сказке своего детства! Только вместо Василия Ивановича – Пол, а я – тот самый Петька! Вот только приключений в стиле «Детей капитана Гранта» нам не видать, и пустых пятен на карте уже не осталось.

 

ГРЕЦИЯ

Выбрав нужный момент, когда на Гибралтаре отлив, мы пересекли пролив между Сицилией и материком. Течение там напрямую связано с поведением воды в Гибралтарском проливе.

Обогнув кончик Апеннинского сапога, направились на восток. Земля удалялась и в конце концов совсем исчезла из вида. Двое суток мы шли по открытому глубокому морю. Нам повезло – была хорошая, умеренная волна и такой же постоянный попутный ветер.

За все время мы видели только одно судно: большая гоночная яхта обогнала нас еще в начале пути возле итальянского берега. Почти полная луна освещала путь ночью, днем же было безоблачное небо. Я понял одно: зимой в Средиземное море нечего соваться – постоянно штормит, и хорошая погода бывает крайне редко.

Высадились мы на небольшом греческом острове Закинтос.

В Греции начиналась Пасха, в церквях шли богослужения, и народ собирался на большие недельные каникулы. Срок моей визы заканчивался, и я вынужден был уезжать.

Три месяца жизни на маленьком судне пролетели незаметно, я радовался каждому дню. Хоть я и спал, не сгибаясь, как штык, готовил одной рукой и поначалу выблевывал пищу за борт, это только укрепляло мою любовь к морю. Пол оказался веселым, беззаботным малым, с которым я и океан пересечь не прочь. Казалось бы, сказка должна продолжаться, ведь в Греции тысячи островов со своими загадками, красотами и развалинами. Ходить бы и ходить. Но я полетел домой.

Перепечатка материалов CityDog.by возможна только с письменного разрешения редакции. Подробности здесь.

   Фото: Иван Цымбал.

поделиться
Еще по этой теме:
Ну, как съездил в Северную Корею – 19 фотографий о «тоталитарном бетоне»
Ну, как съездил в Камбоджу: райские острова, счастливые люди и наглые обезьяны
Ну, как съездил: в Америку – бомжи, медведи и большие налоги