«Умер папа, а я не могу вернуться в Беларусь». Беларуска написала два пособия по психологической помощи – и делится опытом, как пережить эмиграцию и утрату

«Умер папа, а я не могу вернуться в Беларусь». Беларуска написала два пособия по психологической помощи ...
Наша героиня вынужденно уехала из Беларуси, выпустила два пособия – «Психологическая аптечка беларуса» и «Психологическая аптечка мигранта», а теперь снова на новом месте и переживает потерю близкого человека. Оля Сарока рассказала, что ей помогает в трудные времена.

Наша героиня вынужденно уехала из Беларуси, выпустила два пособия – «Психологическая аптечка беларуса» и «Психологическая аптечка мигранта», а теперь снова на новом месте и переживает потерю близкого человека. Оля Сарока рассказала, что ей помогает в трудные времена.

Оля Сарока

психологиня

– Я училась в Бресте на психологиню, потом работала по распределению в социальном центре: работа с детьми, родителями, школами, защита детства – семьи с трудностями, приемное родительство. Мне нравилось: приятный коллектив и относительная свобода, но на государственной работе ценность бумажек перевешивала ценность человека. В 2019 году мое распределение закончилось, и я решила взять перерыв в работе психолога – поехала в Варшаву по программе обмена.

«Теперь я не могу вернуться»

– Потом на полгода вернулась в Беларусь – и снова в Польшу. В последний приезд к родителям, в мае этого года, ко мне пришли из РОВД и попросили проехать с ними для беседы – за комментарий, который я написала два года назад. Повезло, что не нашли больше и продержали только сутки.

Я осознавала риски, связанные с приездом, и говорила родителям, что приезжать небезопасно, но они не сильно верили – отвечали, что все будет нормально. Я взяла билеты, потому что у папы обнаружили рак и я хотела больше времени провести вместе.

Папа умер месяц назад. Теперь мне очень помогает мысль, что он знал, что я не могу приехать.

С того момента началась какая-то другая эмиграция. Журнал, куда я писала статьи, признали экстремистским – а там мои фотографии и имя. Выпустила пособия «Психологическая аптечка беларуса» и «Психологическая аптечка мигранта» – вышло интервью на другом ресурсе. Теперь я не могу вернуться.

В проекте «Пора к психологу» мы помогаем беларусам справиться с высоким уровнем стресса. Подпишитесь на «Пора к психологу» в Instagram или Telegram – там много полезного.

«Они называются “аптечки”, потому что это как будто берешь аптечку, открываешь, достаешь пластырь и приклеиваешь на ранку»

– Интенция «Аптечки беларуса» – поделиться знаниями психолога, помочь это все прожить. Она про то, что мы пережили в 2020-м: травматический стресс, ПТСР, как работать со своими эмоциями и помочь другим, как рассказывать детям о том, что происходит.

Страдания нельзя запихивать под ковер – надо замечать, проговаривать, тренировать навык наблюдения за собой, называть вещи своими именами, стараться смотреть реальности в глаза.

Это, наверное, самое страшное – погружаться в чувства, в бессилие или какую-то очень сильную злость, потому что кажется, что оттуда нет пути назад. На самом деле все чувства проживаемы, все чувства проходят.

Если злость – позлиться. Тело и психика работают так, что эти эмоции все равно найдут выход, а до того будут сильно влиять на жизнь. И чем больше с этим всем затягивать, тем глубже это разбивает изнутри.

«Не дави на себя – потом поймешь, что жизнь продолжается»

– «Аптечка мигранта» – про разные этапы проживания горя и потери. Не получится так, что сразу придешь в принятие, – придется постепенно осознавать и замечать, что потеряно, заполнять пустоту новыми моментами. Со временем болеть будет меньше и меньше. Жизнь продолжается, и нам к ней надо адаптироваться.

– В условиях вынужденной эмиграции не очень-то хочется адаптироваться…

– Думаю, тут очень много надежды и немножко торга – мы вернемся домой. Эта надежда дает нам ощущение контроля. Нужно сначала понять для себя, почему не хочется адаптироваться, что держит, какая надежда, какие желания… Не давить – иди и адаптируйся, а дать себе время – понадеяться, позлиться.

Потом поймешь, что жизнь продолжается: я могу и здесь пожить, могу и здесь быть полезна. Везде можно найти своих людей, свою землю, свое занятие и какой-то уголок спокойствия, чтобы жить на новом месте в настоящем, а не зацикливаться на прошлом или будущем: «Вот все вернется на свои места, тогда заживу, а пока нет смысла как-то стараться».

«В середине 1990-х исследователи все больше стали говорить о понятии “посттравматический рост”. Этот термин обозначает психологические изменения, которые происходят в результате переосмысления трудного опыта, нахождения в нем личного смысла. Такой рост не является следствием травмы, а, скорее, результатом внутренней работы, личной активности и переоценки произошедшего.

Травматический опыт важно переработать и интегрировать в свою жизнь, а не строить вокруг него стержень личности. Вы – не равно травма, ваша индивидуальность гораздо многограннее».

Цитата из «Психологической аптечки мигранта»

«В первый переезд я очень сильно грустила, но теперь знаю, какая схема мне помогает»

– Про кризисы переезда я точно заметила, что нужно время. Для меня это уже привычный опыт: я знаю, чего ожидать, и это помогает. Первый раз я очень сильно грустила, что уезжаю от своих близких, что мне снова надо знакомиться, искать своих людей, свое окружение. Но у меня уже есть схема: в первые дни я обживаю новую квартиру или комнату, чтобы мне было комфортно. Потом изучаю город, как в нем функционировать, ищу для себя какие-нибудь места – что здесь, как работает, как ходят автобусы, какая медицина, как живут люди.

За эти годы переездов я изменила свое мнение насчет виртуальной коммуникации. В Беларуси все были близко, всегда можно увидеться – «ну, при встрече поговорим». Поэтому я всегда как-то обесценивала виртуальное общение. А сейчас это стало основным каналом коммуникации с близкими: по телефону тоже можно нормально и поплакать и поговорить, почувствовать контакт. Это было для меня открытием.

– Потеря близкого человека и потеря привычной среды – это похожие истории?

– Да, в обоих случаях нужно пройти через горевание и принять новую реальность. Если говорить про мою утрату близкого человека, то я сейчас на начальных стадиях принятия, шока – это сложнее проходить, потому что нет возможности поехать на похороны, физически увидеть.

Думаю, что колоссальный сдвиг произойдет, когда у меня получится поехать в Беларусь и попасть на могилу к папе. В первые дни я здесь пошла на кладбище, ходила, разговаривала сама с собой, как будто с папой. Это длилось три дня и мне очень помогло. Нашла там место, где поставить свечку, чтобы материализовать происходящее в моем пространстве.

С мамой вчера поговорили, поплакали, она мне присылала фотографии. Я недавно смотрела альбом «Апошні фотаздымак» в проекте «Веха»: у беларусов есть традиция фотографировать умерших на похоронах – кажется, крипово, но это тоже такой способ зафиксировать, пережить потерю.

«Проблема многих социальных программ – помощь запрашивают те, кому меньше надо»

– Почувствовать свое место во всех переездах мне очень помогали люди. В основном это эмигранты, кого я знала еще до переезда, плюс поддерживали друзья из Беларуси – я с ними созванивалась, делилась переживаниями, когда уже вообще не было сил.

Местные не сильно включались – послушали и пошли по своим делам. Многие не представляют, через что проходят мигранты, – чиновники будут тебя разворачивать какое-то невероятное количество раз. Когда ты в этой борьбе находишь себя вымотанной и раздавленной, нет сил даже попросить о помощи.

Это проблема очень многих социальных центров и программ – запрашивают материальную, социальную помощь те, кому меньше надо. Те, кому надо больше, не доходят, потому что уже нет сил доходить до кого-либо и что-то просить. Было бы хорошо, если бы социальные программы сами проявляли инициативу.

– Какие практики ты используешь, чтобы держаться на плаву?

– Я веду дневник: записываю туда свои внутренние переживания, вербализирую их. Люблю проводить время на природе, это мне тоже помогает – просто наблюдать. Стараюсь не терять спорт, спать, есть и поддерживать свои контакты. У меня есть три подруги, очень близкие, они очень разные, и мы с ними говорим на разные темы. Но что общее – это про близость и про выдерживание очень разных переживаний вместе. Сейчас я переехала в Бухарест по учебе, и мне тут очень нравится. Это тоже дает силы и удовольствие.

«Ответы на следующие вопросы могут сориентировать на пути обретения нового дома, пускай и временного:

– Что из внешней атрибутики приносит вам ощущение дома, внутреннего спокойствия? Может, это свечи, часы на стене или распечатанная фотография?

– Что в новом городе дает ощущение принадлежности к нему? Вспомните, что вы любили до переезда: парки, фитнес, уроки пения – все, что напомнит вам, что для вас значимо, и покажет, что жизнь продолжается.

– Вы отмечали свое новоселье? Ритуалы дают психике символический знак стабильности и предсказуемости, снимают напряжение. Отметьте этот день с близкими, приготовьте любимые блюда, устройте праздник и позвольте себе отдохнуть».

Из «Психологической аптечки мигранта»

 

Перепечатка материалов CityDog.io возможна только с письменного разрешения редакции. Подробности здесь.

Фото: архив героини. Иллюстрации: Яна Чарная.

поделиться
СЕЙЧАС НА ГЛАВНОЙ

Редакция: editor@citydog.io
Афиша: cd.afisha@gmail.com
Реклама: manager@citydog.io

Перепечатка материалов CityDog возможна только с письменного разрешения редакции.
Подробности здесь.

Нашли ошибку? Ctrl+Enter